Учитель перед началом учебного года как витязь на распутье. Прямо пойдёшь – тем же маршрутом, по той же программе, раскроешь прошлогодние конспекты, поменяешь в дате одну цифру… Да, пришли новые дети, и жизнь за окном бурлит, меняясь ежедневно, особенно на экране телевизора… Но в школе те же коридоры, те же учебники, с тем же опозданием приходящие к ученикам, те же темы учебного плана, тот же устаревший компьютер… И где-то в душе предательски шевельнётся тоска от предстоящей рутинной работы…

Налево пойдёшь с желанием менять, творить, внедрять новые методики, но… Есть ли у педагога реальные возможности для профессионального и личностного роста, самообразования, да просто новинки литературы читать, ходить регулярно в театр, ездить на педагогические конференции? А просто с детьми неформально общаться, вникать в детские проблемы, вслушиваться в души своих воспитанников? Вопрос риторический… А ведь детям прежде всего нужен значимый взрослый, интересный собеседник, яркая личность, опытный наставник, то есть человек развивающийся. Не до того. Успеть бы все бумаги заполнить, все отчёты написать, мероприятия провести, сверху спускающиеся как осенний, никому не нужный дождь…

Направо? Не договорить на уроке, не дообъяснить, а потом намекнуть родителям, что его неуспевающему чаду нужны дополнительные занятия, платные, разумеется… Ведь при такой зарплате как может учительница достойно одеваться и не выглядеть на фоне своих учениц синим чулком?..

Вот и стоит школа на распутье. Прямо – скучно, налево – нереально, направо – стыдно. А может, не по той дороге идём?..

Системе образования, как и всей стране, нужны реформы. Взвешенные, грамотные, системные, может, даже осторожные (дети!), но – реформы! Слово «реформа» означает «преобразовывать, изменять». Изменять, чтобы получить иное. Иное содержание школьных программ? Пожалуй – школа должна учить жизни и умению работать, а не основам наук прошлого века. Иная модель управления? Несомненно! Государственная система образования является и заказчиком, и исполнителем, и контролёром образовательных услуг. С точки зрения науки управления, это, мягко говоря, неэффективно. Иной статус, иное отношение общества, иная оплата работы педагога? А вы не задумывались, почему даже те молодые люди, которые поступают в педагогические вузы, к концу учёбы в большинстве своём не хотят идти работать в школу?

Валентин Михайлович Шейман, талантливый учитель из Краматорска, учил меня когда-то: «Не берись за всё сразу. Возьми два-три самых важных дела и сделай их как надо». За какие проблемы нужно взяться в образовании? Существующий ныне отраслевой принцип управления неэффективен в гуманитарной сфере. Сохранять его в Украине значит вольно или невольно воспроизводить тоталитарное мировоззрение в умах нового поколения. Более того, до последнего времени бюрократическая сущность управленческой модели в образовании усиливалась. Старые системы без боя не сдаются. Решение есть и даже прописано в стратегических государственных документах: перейти к общественно-государственной модели управления, перераспределив управленческие функции между государственными, муниципальными, профессиональными и общественными структурами. Отлаженная в мировой практике схема – образовательные округа, в совет которых входят педагоги, родители, общественные деятели, бизнесмены. Они лучше и эффективнее решают задачи своего района, чем чиновник, более зависящий от начальства сверху, чем от нужд детей и педагогов снизу.

Главная фигура в образовании – педагог. Ему мы отдаём наше самое дорогое – наших детей. Создать все условия для учителя, поверить ему, а уже потом, естественно, спросить за качество – задача и забота всего общества и государства. Встретили на улице – поклонитесь учителю. И пусть ваши дети это увидят.

Ну и, конечно, ресурсное обеспечение. Бюджет не поднимет огромную систему образования до мировых стандартов (а иначе нельзя!).

Страна, разреши фирмам, организациям, бизнесменам перечислять на льготных условиях часть своей прибыли конкретной школе. В этой школе учатся твои дети, страна!

Двадцатый год Украина идёт в первый класс. Азы науки всегда даются нелегко. Но когда их усвоишь, так всё становится интересно, такие результаты получаются! Помните ощущения, когда вы получили первую отличную оценку?

 

 

 

 

 

 

Моя интернетская подружка Соня мечтала о трех вещах: прыгнуть с
парашютом, поводить «Хаммер» и побывать на родине деда в большом
греческом селе недалеко от Донецка. А я, вытолкав на несколько дней
своего мужа-трудоголика на морскую рыбалку, слонялась по двору без
конкретной и абстрактной цели, и у меня случился приступ
человеколюбия: если я могу сбыть чью-то мечту, то пуркуа бы и не па?
Хорошо знакомое село, известное своими живописными окрестностями, –
всего в тридцати километрах от моего дома. Правда, подходящего для
прогулок по балкам и крутосклонам транспортного средства под рукой не
оказалось и мне пришлось седлать блестящую «Аурику», которая в степь
раньше не ездила и была несколько удивлена поставленной задачей. Но,
имея на борту четырех девушек общим весом килограммов в 250 (Соня
приехала с подружками), она быстренько пришла в себя и легко брала
ухабистые подъемы очень приличной крутизны.
Решили искать старый дом и стариков возле него – не с молодежью же в
таком деле советоваться. Однако, как на зло, все старые дома –
длинные, с маленькими окнами и полукруглой черепицей на двускатной
крыше – оказывались необитаемыми, а новые нас не интересовали
принципиально. Население по случаю воскресенья и жары предпочитало на
улицы не выползать. Но, въезжая в село уже с другой стороны, я удачно
срезала угол и мы попали на довольно оживленную улицу. У первого дома
стояла белая «Волга» и двое мужчин средних лет о чем-то громко
спорили. В следующем дворе на широкой скамье под виноградом сидела
искомая старушка, а женщина помоложе тут же кормила шныряющих под
норами уток.
Найти общий язык с греками не так уж просто. Чужие люди без
рекомендаций не принимаются ими всерьез, нередко им даже указывают
неверное направление – а вдруг гость с плохой вестью! Но нас спасло
ключевое слово «корни», которое открывало двери и сердца. Старушка
оказалась уже бесполезной в нашем деле, а ее дочь охотно включилась в
исторический поиск и подключила к нему брата и соседа на «Волге». Нам
было велено в поисках фамилии «Маранды» ехать по пяти адресам сразу,
но в результате живой дискуссии мужчины пришли к выводу о
целесообразности нашей встречи со старожилами. Первой из них оказалась
баба Ленка - сухонькая, живая, с добрыми карими глазами и прекрасной
памятью в свои восемьдесят пять. Она носила ту же фамилию, но, задавая
Соне наводящие вопросы про братьев-сестер ее деда, про рост и род
занятий, вычислила нужную ветвь. А ведь речь шла о довоенном времени!
Но баба Ленка решительно отвергала попытки своего сына Ставра увести
нас по ложному пути и перечисляла детей очередного предлагаемого
Маранды, указывая год рождения, профессию и «пути миграции» каждого. В
разговоре они переходили на греческий язык, но перевод следовал почти
синхронно. Мы всем квартетом сразу влюбились в эту старушку (я вообще
готова была немедленно признать в ней Сонину родственницу и покончить
с разведкой, но Соня уже не могла перестать «копать» в глубину). Так,
перебираясь дома к дому, мы знакомились с новыми людьми. Ставр с ходу
объявлял:
 - Люди ищут корни! – сопровождая фразу широким взмахом руки в нашу сторону.
Нас кормили горячими арбузами – прямо с огорода, показывали
внутренности греческих домов (там обязательна софа на полкомнаты,
деревянные потолки, деревянный же греческий диван). Рассказывали нам и
про репрессии - греков действительно гнобили и истребляли, от них
Сонин дед и сбежал в Юзовку с женой и детьми. На родине жены, в
людском муравейнике легче было затеряться. В селе дед учил детей
химии, а его будущая супруга приехала туда в качестве учительницы
младших классов и, возможно, была единственной в селе, кто хорошо знал
русский язык. Кстати, Сонина бабушка, будучи внебрачной внучкой одного
из литейщиков Юза, выделялась ирландской внешностью и высоким ростом,
то есть, выглядела среди смуглых черноволосых греков, мягко говоря,
чужеродно. Однако, выучив язык и нравы, она даже помогала местной
молодежи ставить спектакли на горе Любви, возвышающейся над селом. Что
и говорить, этот холм с вымытыми из почвы живописными каменными
глыбами, да высокое небо – достаточные и убедительные декорации для
какой-нибудь трагедии Эсхила! На горе Любви традиционно происходили
соответствующие объяснения, надо ли говорить, что Сонины дедушка и
бабушка не стали исключением. Сейчас среди камней пасутся козы, а
венчает гору ярко-синяя цистерна для воды: греки – хозяйственны, кто
бы спорил, и один из их «коньков» - выращивание овощей, а они требуют
влаги…
  Потом нас даже пригласили на борьбу куреш в соседнее греческое село
и на шурпу из бараньих внутренностей, но мои девчонки уже
переполнились впечатлениями и стали закатывать глаза. Место, где стоял
дом прадеда Сони – Трифона, мы все-таки нашли, но от старой усадьбы
остался только покосившийся колодец. Оставалось сфотографировать
забор, сложенный из слоистого песчаника, и свернуть наше интересное
расследование.
Широкие просторы, открывающиеся с окрестных холмов, и таящиеся в
окрестных балках красоты, оживили моих привыкших к городской тесноте
спутниц. Адреналина добавили крутые спуски-подъемы, но разговоры на
тему «выедем – не выедем» я пресекала на корню и мы успешно
продвигались по назначенному маршруту. С несозревшего вулканчика,
достаточно интенсивно помахав крыльями, не стоило труда взлететь в
бездонное васильковое небо и потом парить, парить над водохранилищем…
В осенней степи – своя прелесть: даже выгоревшая, она продолжает петь
своими птицами, переливаться лишайниками на своих камнях, сверчать
своими цикадами, пахнуть своим чабрецом, потревоженным нашими ногами.
- А представьте, что тут творится в апреле! - завела я свою любимую
песню про степь. – Камни нагреваются раньше, чем почва, и первоцветы
появляются именно там. И сон-трава, и голубые гиацинтики, и желтый
гранитный тюльпан…
Мои подружки зачарованно слушали.
- А в мае, - я безжалостно продолжала, - эти склоны голубые от льна, а
по тем – катит бесконечные волны ковыль…
В ответ слышались только тихие «охи».
- А потом, - не унималась я, - огромные сиреневые пятна чабреца –
богородичной травы…
- Все! Надо покупать джип! - прервала мое сольное выступление самая
практичная – Люда. – Разве ж можно? Что же это происходит?! –
поддержали ее подруги.
В общем, все прошло хорошо. За исключением того, что отмыть "Аурику"
от вездесущей амброзиевой пыльцы, набившейся в места крепления дверей,
было весьма непросто. Эта нелегкая работа спровоцировала жажду в моем
ослабленном путешествием организме и я поплелась к холодильнику.
Радио при моем появлении объявило:
- … Сергій Ветров – керівник експертної групи партії «Сильна Україна» буде гостем радіо
«Ера» завтра о 13.08.
И что мне оставалось? Отрыть ноутбук, зайти в «Одноклассники» и
написать Ветрову:
- Удачи тебе завтра. А какой у меня сегодня был интересный день – ты
бы знал! - похвастаться.
- А расскажи.
Вот, рассказала.

 

 

Управление страной напоминает кроссворд, в котором вертикали государственной системы пронизывают горизонтали местного самоуправления. И нужно много ума и терпения, чтобы все буквы в этом кроссворде сошлись. У нас пока не сходятся. Украинским социальным чудом можно назвать тот факт, что жизнь на местах еще теплится, что в отсутствие бюджета и полномочий, противостояния глав обладминистраций, мэров и городских советов, учителя и врачи все-таки продолжают вовремя получать зарплату, а пенсионеры - пенсию, что жители все еще имеют минимальные коммунальные удобства. Это чудо можно объяснить высокой способностью наших людей к выживанию, и надо сказать огромное спасибо тысячам местных руководителей, которые самоотверженно преодолевают трудности.

Однако ситуация с каждым годом ухудшается. Коммунальная инфраструктура – жилые дома, котельные, трубы, дороги, электросети, городской транспорт - уже изношена до предела, неуклонно снижается качество медицинского обслуживания и образования. Все это нужно срочно реформировать, модернизировать и чинить, не то очень скоро система просто развалится.

Главной причиной развала Советского Союза была полная централизация управления, при которой все решения – вплоть до выделения краски и гвоздей на ремонт сельской парикмахерской – принимались на высшем уровне. Это породило всеобщую бесхозяйственность и безответственность, они и убили великую державу. Независимая Украина унаследовала эту систему со всеми ее пороками, однако ресурсов у нее несравненно меньше. А значит, создание новой, эффективной системы становится вопросом нашего выживания. И начинать следует с определения зон ответственности каждого уровня управления.  

 

 

По глубоко укоренившейся советской привычке большинство наших граждан, в том числе и политики, отождествляют власть с государством. Они искренне считают, что только государство является единственным способом формирования и осуществления власти. Между тем, демократическая система управления предполагает отделение от государства не только церкви, но и местного самоуправления. Горожане и вольные селяне, а после отмены крепостного права и все жители европейских стран исстари имели право на самоуправление. Эти принципы прописаны и в Конституции Украины.  

Так вот, нам надо еще раз перечитать Основной закон и четко уяснить, что сотрудники органов местного самоуправления не являются государственными служащими. Они не работают на государство, а служат интересам своей общины. Мы должны запомнить, что местные бюджеты не являются частью государственного бюджета, а министерство финансов не имеет права распоряжаться доходами от местных налогов. Коммунальные предприятия, земля, дороги и инфраструктура украинских городов и сел принадлежат не государству, а громаде. Они являются общим достоянием всех жителей сел или городов.

Все это, повторяем, есть в Конституции. Однако на практике государственная власть и местное самоуправление не разделены. Граждане не знают своих прав и возможностей, сотрудники местных органов власти не осознают, что они работают на граждан, а не на государство, а само государство делает все, чтобы не выпустить местное управление из своего подчинения.

Районные и областные советы не имеют своих исполнительных комитетов. То есть они вроде бы имеют власть, ресурсы и полномочия, однако не могут их реализовать. И они вынуждены делегировать все исполнительные функции государственным администрациям – назначенным сверху и часто присланным издалека чиновникам, которые не отвечают за реализацию делегированных полномочий ни перед советами, ни перед гражданами. 

Право на самоуправление в Украине более или менее реализуется только на уровне сельских и городских советов. Но и здесь есть жесткие ограничения. Во-первых, у них нет доходной базы для формирования полноценных бюджетов. Во-вторых, они не могут самостоятельно распоряжаться собственными средствами – эти средства расходуются через органы Государственного казначейства, которое местным советам не подотчетно. В- третьих, органы местного самоуправления вынуждены согласовывать с государственными службами все серьезные решения – такие, например, как продажа земли или строительство зданий.

Все это усугубляется отсутствием закона о делегированных полномочиях - соответствующий законопроект наш парламент не может принять вот уже десять лет. Фактически государство управляет коммунальными школами и больницами, а местные советы распоряжаются государственной землей согласно решениям о делегировании тех или иных полномочий десятилетней давности. Легитимность этих документов сомнительна. Все это порождает неразбериху, при которой за те или иные функции никто не отвечает. Многие объекты коммунальной собственности - в частности, оросительные или мелиоративные системы, малые гидроэлектростанции, – вообще остаются бесхозными.

Постоянно возникают конфликты между государственными органами и органами местного самоуправления, между разными уровнями местного самоуправления, между главами областных государственных администраций и областными советами, между мэрами и районными советами в городах, между сельскими и районными советами в сельской местности. Иными словами, такая система порождает войну всех против всех. Результаты – соответственные.

Чтобы радикально решить все эти системные проблемы, необходимы серьезные усилия законодателей. Надо вернуть в Конституцию положение о праве областных и районных советов создавать свои исполнительные комитеты. Нужно принять закон о делегированных полномочиях и территориальном устройстве. Нужны новые редакции законов о местном самоуправлении и государственных администрациях. Однако и в нынешних условиях у местных депутатов есть возможности усилить свои позиции. Например, в рамках профильных депутатских комиссий стоило бы провести инвентаризацию и пересмотр ранее принятых решений о делегировании тех или иных функций местного самоуправления государственным организациям. Это уже сделали Одесский и Киевский областные советы, их опытом можно воспользоваться. Советы должны получать объективную информацию о состоянии дел и иметь реальные рычаги влияния на те или иные отрасли. Это касается, например, сферы здравоохранения и образования, дорожного хозяйства, природоохранной деятельности, градостроительных и земельных вопросов. Такая практика уже существует в Луганской, Донецкой и ряде других областей, где главы администраций регулярно отчитываются перед советами о выполнении делегированных полномочий. Нужно добиться, чтобы все это стало системным и всеобщим явлением.

 

 

 

 

Одной из основных проблем местного самоуправления является отсутствие обратной связи между жителями и местной властью. Депутаты, избранные по закрытым партийным спискам, неизвестны гражданам, не знают их потребностей и желаний и, по большому счету, не желают отстаивать интересы своих избирателей. Ведь их карьера и политическая судьба всецело зависит от благосклонности политического лидера, а не избирателя.

По итогам выборов в местные органы власти в 2006 году депутатами местных советов стали десятки тысяч чужих, случайных людей. От трети до двух третей районов в Одесской, Харьковской, Днепропетровской, Киевской и других областях не получили своих представителей в областных советах – все места заняли выходцы из областных центров и крупных городов. Такая же ситуация и в районных советах – значительная часть сел не имеет в них своих представителей, их заменили жители райцентров.

Многие из пришлых депутатов местных советов стразу после выборов забыли о своих обещаниях, развалили работу фракций, наладили отношения с мэром или главой госадминистрации и занялись распределением земельных участков и решением собственных вопросов. Сотни депутатов местных советов последнего созыва привлечены к уголовной ответственности, а партии были вынуждены тысячами отзывать своих представителей из местных советов, поскольку эти люди попросту дискредитировали их. Во многих городах и районах и в нескольких областях местные советы все это время фактически бездействовали, их работа была заблокирована из-за отсутствия кворума или из-за политического противостояния внутри совета. В сотнях сел и десятках городов, в том числе и в Киеве, прошли досрочные выборы органов местного самоуправления, однако и они не смогли улучшить ситуацию.

Эта поистине бедственная картина наталкивает нас на очевидный вывод: необходимо восстановить связь между местным депутатом и выбравшим его населением. Для этого надо внедрить открытые партийные списки на местных выборах и закрепить каждого партийного кандидата за конкретным избирательным округом. Необходимо также создать более понятный и реализуемый механизм отзыва депутата - как избирателями, так и партийным руководством. Чтобы депутата, который, к примеру, игнорирует заседания совета или не встречается с избирателями, можно было быстро лишить мандата. Серьезно улучшит работоспособность местных советов и сокращение численности депутатов. В 2006 году состав многих советов был увеличен на 20-40 процентов, и это решение было ошибочным. Сейчас максимальный состав местного совета составляет 150 человек, эту цифру можно легко сократить вдвое

Не менее важным фактором является и публичность деятельности местных советов. Для большинства жителей страны работа городских или районных советов остается тайной – они не могут ознакомиться ни с проектами решений, ни с содержанием дискуссий на заседаниях комиссий и сессиях советов. Но если изменение избирательного законодательства находится вне пределов полномочий местных депутатов, то обеспечить публичность своей работы они способны и должны. Надо сделать обязательным обнародование проектов и текстов решений местных советов в печати и в сети Интернет, обеспечить прозрачность работы постоянных комиссий и сессий местных советов. На них должны допускаться аккредитованные журналисты, представители общественных организаций и органов самоорганизации населения. Общественные слушания по важным для общины вопросам и регулярные отчеты руководителей местных органов власти перед депутатами и гражданами должны стать обычным и обязательным делом.

 

 

 

Сильные, самодостаточные и независимые громады, города и села должны стать фундаментом новой, сильной Украины.

Украина обладает одной из старейших в Европе традиций местного самоуправления. Первая государственность восточных славян на украинских землях возникла как свободная конфедерация местных общин. Она обзавелась центральной, княжеской властью исключительно ради защиты от внешней угрозы со стороны степных народов. Это доказывает сама форма учреждения центральной власти, известная как приглашение варяг. Русь была создана не сверху - военной силой элит, а снизу - системой осознающих свою культурно-языковую связанность общин. О том, что изначально на украинских землях отношения между столицей – Киевом – и объединившимися вокруг него общинами, строились на договорных основах, свидетельствует история с убийством князя Игоря жителями Искоростеня. Правитель погиб из-за того, что решил дважды в течение года собрать налоги с древлян, а это слишком явно противоречило нормам отношений между центром и регионами.

Сегодня, когда мы постигаем новую модель государственного устройства, очень важно помнить, что именно налогообложение с древнейших времен было главным связующим Киев и другие земли звеном. Местные общины платили киевским князьям регулярную подать за то, что те, в свою очередь, гарантировали им защиту от грабежа со стороны соседних общин, бояр и степняков. Нормированная плата одному источнику силы и порядка или полная свобода, сопряженная с необходимостью платить любому, кто «придет с мечом» - именно такой выбор, ставший перед самоуправлявшимися общинами древних русичей, предопределил формирование централизованного государства.

В период существования Киевской Руси власть князей над местными громадами никогда не была сколько-нибудь сопоставимой даже с нынешним контролем центра над областями и районами, не говоря уже о времени абсолютных монархий. Опорой самоуправления были особенности экономической системы древнерусского государства и распределения в нем собственности. Общины были там сильны, где земли принадлежали не зависящим от феодала крестьянам – они лишь через наместников платили дань князю. Эти крестьяне формировали органы выборного волостного самоуправления, которые представляли их интересы в отношениях с княжеской администрацией. Таким образом, главным условием реализации прав жителей на управление своей территорией является их принадлежность к классу собственников. С древнейших времен именно собственность порождала власть, а не наоборот. При этом уже в Киевской Руси, наряду с частным было и общинное имущество (лесные угодья, водоемы, дороги, колодцы, церкви и т.д.), которым и распоряжались тогдашние органы крестьянского самоуправления.

В городах власть князей была сильнее, но и там она ограничивалась таким институтом прямой демократии, как городское вече. Этот орган, существовавший в форме регулярных сборов жителей на центральной площади, приглашал или прогонял князя, собирал ополчение, решал вопросы благоустройства поселения. Именно в городах, где появились очень разные по уровню доходов социальные группы, началась централизация управления. Чем в менее выгодном с точки зрения торговых путей и связанного с ними развития ремесел месте находился город, тем сильнее в нем была власть князя и его приближенных, тем меньше прав имел демократический институт вече. И наоборот. Например, в Новгороде из городского самоуправления даже выросла уникальная для Восточной Европы форма республиканского правления, которая была уничтожена только в конце XV века военной силой московских князей. На западноукраинских землях наивысшего развития органы городского самоуправления получили в городах, стоявших на путях торговли солью местной добычи, а также обеспечивавших транзит из портов Причерноморья в Центральную Европу. Например, в Галиче сложилась своеобразная аристократическая республика, которая серьезно ограничивала полномочия князя Галицко-Волынской державы.

Местное самоуправление в средневековой Руси постепенно ослабевало по мере усиления имущественной зависимости населения от узкой группы феодалов, опиравшихся на карательную силу поддерживаемого им князя. Этот процесс сопровождался большими городскими и крестьянскими восстаниями. По мере того, как налоги (пусть и в натуральной форме) заменялись отработкой на земле или в поместьях феодалов, жители древнерусских земель теряли интерес к самоорганизации. Заботы о благоустройстве территорий они стали перелагать на тех, кто отнял у них собственность и ограничил личную свободу. Это стало причиной постепенного хозяйственного и инфраструктурного отставания украинских земель от уровня развития западноевропейских стран. С этим же связано и разрушение культуры и навыков активного участия в делах общины и управлении территорией своего проживания. Теперь нам эту культуру предстоит возрождать.

 

 

 

 

С момента распада СССР прошло почти 20 лет. В странах, возникших на его руинах, за это время успело родиться и вырасти новое поколение людей, для которых Советский Союз – почти такая же история, как и Киевская Русь или Древний Рим. Но в отличие от Руси и Рима, которые знакомы нам только по историческим артефактам, граждане новых, независимых государств до сих пор пользуются тем, что создано в СССР и сейчас начинает массово выходить из строя, полностью разрушаться. В первую очередь это касается инженерной инфраструктуры городов и населенных пунктов, а также промышленных предприятий, электростанций, дорог… Катастрофа на Саяно-Шушенской ГЭС в России ясно показала, что любая мелочь может стать причиной крупного бедствия. И если кто-то надеется, что их «минует чаша сия», то следует вспомнить, что этого не удалось даже Христу.

Мы уже сейчас стоим перед угрозой целой череды рукотворных катастроф, которые обязательно произойдут в ближайшее время. Потому как за все годы «независимости» не только ничего не было сделано для того, чтобы ситуация улучшилась, но и проводилась последовательная политика, направленная на сознательное уничтожение всего, что досталось нам в наследство. Как последний пьяница и глупец проматывает отцовское состояние, так Украина разбазарила практически все, что осталось в ее собственности после распада СССР. Разруха – это абсолютно естественный результат хозяйствования тех, для кого работа из-под палки была единственным знакомым видом реальности. И значительная часть Украины превратилась в декорации для съемок фильмов с апокалиптическим сюжетом отнюдь не по вине неких внешних врагов – все это результат «хозяйственной деятельности» своих же граждан. Характерным примером может служить судьба крымского колхоза-миллионера Калинино, который за 20 лет превратился из богатейшего предприятия в руины (1). Руины, над созданием которых прежде всего потрудились сами его жители.

За годы независимости страна вроде бы шла по пути развития к либерализму и демократии. Но… вроде бы, и не более. Вопреки досужим вымыслам демагогов всех мастей, невозможно построить новое общество со «старыми» людьми. Путь, который Западная Европа преодолела где-то за 800 лет от появления первых парламентов и Любекского, Бреславского и Магдебургского прав до современного проекта Единой Европы, нельзя преодолеть за одно поколение. Но так бездарно потерять то, что было, – для этого тоже надо было постараться.

Но вернемся от политики к экономике, технике и инфраструктуре. На данный момент перед Украиной для преодоления последствий износа и деградации практически всех систем жизнеобеспечения и большинства промышленных объектов стоит как минимум пять основных проблем. К сожалению, существующая украинская элита представляет собой едва ли не классический вариант превращения «грязи в князи» и потому уверена в том, что деньги способны решить любые проблемы. Вслед за элитой наученные телевизионной сказкой об американской мечте также думает и изрядное число обычных граждан. Все они ошибаются. Деньги никак не помогут решить проблемы, о которых речь пойдет ниже.

 

Несколько поколений советских граждан как мантру повторяли слова, которые приписывали Ленину: «каждая кухарка может управлять государством». Но вот незадача – Ленин этого не говорил. А говорил он вот что: «Мы не утописты. Мы знаем, что любой чернорабочий и любая кухарка не способны сейчас же вступить в управление государством. В этом мы согласны и с кадетами, и с Брешковской, и с Церетели. Но мы отличаемся от этих граждан тем, что требуем немедленного разрыва с тем предрассудком, будто управлять государством, нести будничную, ежедневную работу управления в состоянии только богатые или из богатых семей взятые чиновники. Мы требуем, чтобы обучение делу государственного управления велось сознательными рабочими и солдатами и чтобы начато было оно немедленно, т. е. к обучению этому немедленно начали привлекать всех трудящихся, всю бедноту» (2).

Итак, первая проблема на пути любых преобразований – отсутствие грамотных руководителей. Причем это касается абсолютно всех сфер управления от государственного сектора до частного бизнеса. В Украине не учат рационально и эффективно управлять ни государством, ни бизнесом. Все существующие «академии управления», системы подготовки «МВА» и прочее – не более чем теоретические курсы на основе общих знаний о природе. Но даже после получения сносной теоретической подготовки молодому специалисту банально негде будет набираться практического опыта эффективного руководства. В связи с перманентным выборным процессом отбор кадров на высшие и средние управленческие должности в государстве ведется не по профессиональным признакам, а как угодно, в основном по принципу личной преданности. В бизнесе, в связи с постоянно меняющимися правилами игры, управленцы получают хороший опыт кризис-менеджмента, но понятия не имеют, что делать в стабильной обстановке.

В итоге Украина не имеет никакого кадрового резерва для свершения любых преобразований в стране. Ни на уровне госуправления, ни на уровне бизнеса. У существующих же кадров нет опыта совместного решения проблем на основе кооперации. В результате любая серьезная проблема, которая потребует консолидации усилий от всего общества, быстро перерастет в катастрофу.

 

Сказки о постмодерне, которыми СМИ и политики очень увлекались на протяжении последних десятилетий, агрессивная пропаганда культа потребления, идеализация воровской романтики и бум потребительского кредитования, которые последовательно обрушились на украинцев после распада СССР, привели к тому, что среди молодежи работать стало не модным. Модным стало «делать деньги». В принципе ничего плохого в желании «делать деньги» нет. Но этот процесс обязательно должен сопровождаться производством материальных ценностей, иначе «делать деньги» скоро будет просто не на чем – все, имеющиеся в наличии, быстро распродадут. Однако модную тенденцию быстро уловил рынок образования, и количество предложений по подготовке юристов, экономистов и менеджеров стало расти в арифметической прогрессии.

В результате через 10 лет после получения независимости наступил кризис перепроизводства никому не нужных специалистов гуманитарного профиля, причем зачастую очень плохо подготовленных, так как за это время чуть ли не каждое советское ПТУ обзавелось статусом института или университета. По инерции технические ВУЗы продолжали, конечно, готовить инженеров, но и для них работы не было – в 90-е годы заводы массово перепрофилировались в торговые центры и «доходные дома», сдавая корпуса под супермаркеты и бизнес-центры.

К началу нового, 21 века, ситуация с востребованностью инженеров несколько улучшилась, но к этому моменту оказалось, что готовить их практически некому и не на чем. Старая советская профессура постепенно уходит на пенсию, а заменить ее некем. Научно-производственная же база для подготовки инженеров за время «независимости» стала напоминать экспонаты политехнического музея. Теоретически же подготовленный инженер – это вообще не специалист, его надо учить и учить, но вот деньги на такое послевузовское обучение далеко не всегда есть у работодателя, да и сам процесс вложения средств в подготовку молодого специалиста на производстве никак законодательно не регламентирован. В итоге всегда есть риск, что выучившийся инженер благополучно уволится с предприятия и тем самым принесет предприятию значительные убытки, ведь средства на его подготовку никто не вернет.

Существует миф о том, что использование компьютеров в обучении очень помогает при подготовке специалистов, а знание современных пакетов прикладных программ для инженеров  - ну просто обязательное условие. Но вот незадача, такие «компьютеризированные специалисты» в реальных условиях работать не могут и не смогут, так как не обладают в большинстве случаев ни пространственным мышлением, ни знанием материалов, ни представлением об общей технологии производственных процессов. В лучшем случае они будут себя неплохо чувствовать в достаточно комфортных условиях какого-то предприятия за рубежом, но ни малейшей пользы от них в необходимом для Украины процессе модернизации промышленных предприятий не будет. Привычка постоянного использования «интеллектуальных костылей» служит надежным тормозом на пути к использованию полученных теоретических знаний на практике.

 

Система профтехобразования в Украине приказала долго жить. Переориентация предприятий в торговые центры, мода на безделье и существенное превышение количества мест в ВУЗах над числом выпускников школ сделало профтехучилища и техникумы практически невостребованными. Несмотря на то, что уровень предлагаемых зарплат для представителей рабочих профессий был и остается намного выше средней по стране, найти слесарей, столяров, токарей, фрезеровщиков и т.д. младше 30–35 лет практически невозможно. Несколько лучше ситуация в строительстве, где кредитный бум последних лет вызвал рост новостроек, но и там квалифицированных рабочих очень мало, все больше – подсобные. С 1990 г. по 2010 г. число поступающих и выпускников профтехучилищ и техникумов неуклонно снижается. Такими темпами Украина вскоре вообще утратит систему подготовки рабочих кадров. И тогда придется забыть не только о модернизации производства, но и о всякой производственной деятельности вообще.

За 20 лет независимости Украина так и не смогла найти свое место в международном капиталистическом распределении труда. Обладая промышленным потенциалом на уровне ведущих стран мира, за последние два десятилетия на внешний рынок она оказалась способной предложить лишь химическое сырье, листовой прокат, зерновые и масличные культуры. То есть организовала у себя колониальный тип экономики, став придатком более развитой Европы. С каждым годом очередное новое правительство прилагает массу усилий для дальнейшего уничтожения еще работающих высокотехнологических производств. Отсутствие условий для получения дешевых и «долгих» кредитов, глупая и неэффективная фискальная политика, попустительство рейдерству – все это приводит к постоянному уменьшению в украинском экспорте доли готовой продукции с высокой добавочной стоимостью.

Если в ближайшие годы Украина так и не найдет своего места в мировой экономике, то соседи это сделают за нее. И тогда нынешний кризис покажется золотым веком, так как большинство отечественных производств будут закрыты в связи с тем, что их продукция окажется неконкурентоспособной как на внешнем, так и на внутреннем рынке.

 

Уничтожение собственного производства, переориентация на потребление импортного ширпотреба, варварская эксплуатация промпредприятий, электростанций и инженерной структуры населенных пунктов привели к закономерному итогу: среди всех европейских государств Украина занимает первое место по ухудшению условий жизни после начала мирового финансового кризиса. Первое место по падению производства. Первое место по инфляции. Первое место по девальвации национальной валюты. Первое место по падению ВВП. Такое первенство уже отражается на всех жителях страны. Но дальше ситуация будет лишь усложняться. Запаса прочности, который страна имела в 90-е годы, уже нет.

Сможет ли Украина самостоятельно справиться с названными выше проблемами? Возможно, и да, но на данный момент такой вариант развития событий представляется нереальным.

 

 (1) http://hvylya.org/index.php?option=com_content&view=article&id=5884:2010-06-15-11-13-18&catid=4:2009-04-12-12-01-18&Itemid=10

(2) В.И.Ленин. Удержат ли большевики государственную власть?